Источник: Драконий кодекс
Единый из Всех никогда не был рождён и потому навсегда останется незапятнанным ошибками, которые неизбежно приносит любое существование. Он вечно хранится в памяти Саршаллату как самый чистый из её выводка, как тот, кто должен был украсить творение и принести смысл всему, что можно было увидеть. Имя, которое она выбрала для злосчастной души, разбитой Дахаком о голову Апсу, должно было быть Отилаз. И Отилаз должен был быть совершенным.
По прихоти неисповедимого Отилаз не родился — но Отилаз существует. Его квинтэссенция шевелилась, несмотря на то, что его материальная форма была изувечена и брошена безжизненной на испуганный лик Апсу. Он наблюдал, как Дахак грыз одну из его оторванных конечностей и выплёвывал проклятые слова на языке, сотрясавшем небесный свод и тянущем оборванные нити Тёмного Гобелена. Отилаз взглянул на свой труп и ощутил просветление.
Он знал, что был предназначен для существования. Он знал, что его материальная форма имела значение; она вызывала ужас у отца, печаль у матери — она стала катализатором для обоих в глазах их отпрыска. Он удивлялся, почему такие вечные силы могут чувствовать это по отношению к тому, чего никогда не было, и, размышляя об этой истине, он прозрел в природу непостоянства.
Ныне Отилаз обитает на периферии всего, что увядает и гниёт, определяемый своей связью с теми, кто его породил, и с тем, что не дало ему стать реальностью. Единый из Всех — это холодное прикосновение энтропии, тепло первого смеха младенца и жестокое жало отсечённой конечности. В современную эпоху Отилаз известен в основном в Гебе — его культ принесли последователи пожирателя Караморроса, бежавшие из Син-Графара после возвращения Тар-Бафона. Священные тексты, ныне известные студентам Чёрного Мавзолея как «Скорби Саршаллату», остаются одними из немногих сохранившихся знаний об Отилазе в смертной Вселенной.
Но за завесой смерти Отилаз — это присутствие, преследующее Костяной Двор, хорошо известное психопомпам и являющееся источником разъедающих сомнений в их рядах. Когда психопомп колеблется в своём предназначении, он видит Отилаза на периферии своего зрения, его маска разбита, и его проклятие как сахкиля становится почти неизбежным. Отилаз, кажется, не причиняет такого вреда намеренно, но одним лишь своим присутствием он внушает чувство тщетности и отчаяния, ищущего забвения, в саму квинтэссенцию всех, кроме самых стойких проводников. Неизвестно, почему Фаразма терпит присутствие Единого из Всех, но некоторые ямараджи предполагают, что они переплетены, а Отилаз — энтропийная константа, одна нить на гобелене бытия, которую, если потянуть, можно распустить всё.
Тип: боги-драконы.
Наказы: учиться на наблюдаемых ошибках, способствовать переменам и росту, принимать неизбежное.
Табу: искать бессмертие или просветление, стоять на месте, считать себя учёным мастером.
Область интересов: алхимия, смерть, непостоянство.
Религиозный символ: алхимический символ уробороса.
Священное животное: амфисбена.
Священные цвета: чёрный, синий, красный, белый.
Пантеоны/Заветы: —

Преимущества последователей

Воспитанный в вере: интеллект или Мудрость.
Божественный источник: повреждение или исцеление.
Дескриптор: можно выбрать «священный» или «нечестивый».
Божественный навык: Оккультизм.
Любимое оружие: кулак или булава.
Домены: изменения, смерть, самоанализ, душа.
Альтернативные домены: отвращение, драконы, печаль.
Заклинания жреца: 1 круг: фантомная боль, 3 круг: проклятие потерянного времени, 8 круг: песнь вечной скорби

Source Draconic Codex
The One of All was never born and thus will forever be untarnished by the fallibility that any existence would inevitably bring. It's held eternally in the memory of Sarshallatu as the purest of her clutch, as the one who would have graced creation and brought meaning to all that could be seen. The name she had chosen for the ill-fated soul that Dahak brought crashing down upon the head of Apsu was to be Otilaz. And Otilaz was to be perfect.
In the fickle nature of the ineffable, Otilaz was not born—yet Otilaz does exist. Its quintessence stirred despite its material form being brutalized and cast limp upon the horrified visage of Apsu. It watched as Dahak gnawed upon one of its errant limbs and spat cursed words in a language that rattled the firmament and pulled fraying threads upon the Dark Tapestry. Otilaz looked upon its corpse, and it felt enlightened.
It knew it was meant to exist. It knew its material form held meaning; it invoked horror in a father, sorrow in a mother, and that it was known to be catalyst for both to its sibling. It wondered why such eternal powers could feel this way toward something that never was, and in contemplation of this truth it glimpsed enlightenment upon the nature of impermanence.
Otilaz dwells now on the periphery of all things that fade and rot, defined by its relation to those who bore it and that which saw it never made. The One of All is a chill touch of entropy, the warmth of an infant's first laughs, and the cruel sting of a limb severed. In this modern age, Otilaz is known primarily in Geb—its worship brought by the adherents of the ravener, Karamorros, who fled Xin-Grafar upon the return of Tar- Baphon. Sacred texts now known by students of the Ebon Mausoleum as the Sorrows of Sarshallatu remain as some of the scant few pieces of lore concerning Otilaz within the mortal Universe.
But beyond the veil of death, Otilaz is a presence that haunts the Boneyard, well known to the psychopomps and a source of corrupting doubt to their ranks. When a psychopomp wavers in its purpose, it gazes upon Otilaz in the corner of their vision, their mask sundered, and their damnation as a sahkil is all but inevitable. Otilaz does not seem to deal such harm with intention, but rather by presence alone it coaxes a sense of futility and oblivion-seeking despair within the very quintessence of all but the most resolute of ushers. It's unknown why Pharasma tolerates the presence of the One of All, but some of the yamarajes postulate that the two are intertwined, with Otilaz as an entropic constant—a single thread on the tapestry of existence which, if pulled, might bring about its unraveling.
Category Dragon Gods
Edicts learn from observed mistakes, promote change and growth, accept the inevitable
Anathema seek immortality or enlightenment, become stagnant, believe yourself a learned master
Areas of Concern alchemy, death, impermanence
Religious Symbol alchemical symbol of the ouroboros
Sacred Animal amphisbaena
Sacred Color(s) black, blue, red, white

Devotee Benefits

Divine Attribute Intelligence or Wisdom
Divine Font harm or heal
Divine Sanctification can choose holy or unholy
Divine Skill Occultism
Favored Weapon jaws or mace
Domains change, death, introspection, soul
Alternate Domains abomination, dragon, sorrow
Cleric Spells 1st: phantom pain, 3rd: curse of lost time, 8th: canticle of everlasting grief